Аналитическая группа 'БР' располагает текстом проекта концепции, который неделей раньше рассматривался на заседании совета директоров банка, равно как и сделанными на нем принципиальными замечаниями по его содержанию. Однако редакция считает, что публиковать полный проект без предварительного согласия руководителя разработчиков документа неэтично. В связи c этим ограничимся комментарием его основных положений, дающих достаточно полное представление o нем.
Откровенно об известном
В первую очередь хотелось бы отметить, что проект концепции, несмотря на его всеобъемлющее по отношению к денежно-кредитной политике название, является все же сравнительно узким документом, охватывающим в основном проблемы валютного регулирования. Это заметно уже в перечне задач, решение которых авторы обозначили для себя как приоритетные:
'Поэтапный выход на единый стабильный курс белорусского рубля и обеспечение равной доступности валютных ресурсов для всех субъектов хозяйствования и граждан; создание условий для стабилизации цен; обеспечение достаточных стимулов для наращивания экспортного потенциала республики; повышение привлекательности белорусского рубля по сравнению c валютами других государств; переход к финансированию отраслей народного хозяйства преимущественно на основе неинфляционных источников.'
Второе, что бросается в глаза, - высокая степень откровенности в оценке текущей ситуации на денежном рынке страны и жесткость в экспертных заключениях по каждому из возможных вариантов действий денежных властей. По-видимому, сказалось присутствие в составе рабочей группы независимых экспертов, да и самим сотрудникам Нацбанка вкупе c прочими государственными чиновниками, вероятно, надоело отдуваться за неразумные решения, принимаемые на вершинах политического олимпа.
Разработчики концепции проанализировали нынешнее состояние валютного рынка страны c точки зрения существующей множественности валютных курсов, обесценения денежных сбережений населения, снижения коэффициента монетизации экономики, снижения объемов поступающей в страну валютной выручки и 'обнуления' чистых валютных резервов Национального банка. На основе анализа реально существующей ситуации сделана прикидка возможных вариантов валютной и денежно-кредитной политики.
Третий - лишний
Вариант первый - сохранение в целом действующей политики.
По оценке авторов, это приведет к развитию таких негативных процессов, как переток валюты на 'теневые' рынки, вывоз валюты из страны на счета в иностранные банки, сохранение высокого удельного веса бартера во внешнеэкономических операциях, дефицит валюты для оплаты критического импорта при параллельном свертывании экспорта, невозможность пополнения золотовалютных резервов Национального банка в необходимых размерах, ухудшение финансового состояния предприятий вследствие курсовой разницы, искажение системы формирования себестоимости.
Среди нарастающего негатива при сохранении существующих принципов называются также: низкий уровень сбережения домашних хозяйств и накоплений предприятий, истощение оборотных средств и амортизационных накоплений предприятий, отсутствие объективных стимулов и источников долгосрочных инвестиций, отсутствие заинтересованности у предприятий-экспортеров в наращивании объемов производства, незаинтересованность стратегических иностранных инвесторов в капиталовложениях в белорусскую экономику, растущие сложности c обслуживанием государственного внешнего долга и связанная c этим высокая вероятность дефолта, дальнейшая долларизация экономики и ухудшение структуры денежной массы c угрозой последующего гиперинфляционного процесса в монетарной сфере.
Соответственно, делается вывод o неизбежной 300-процентной инфляции за текущий год и 400-процентном понижении официального обменного курса. Относительным плюсом данного варианта авторы сочли гарантированно высокий уровень занятости населения, жесткий государственный контроль над распределением части валютной выручки, сохранение механизма скрытого субсидирования критического импорта c определенным социальным эффектом и возможность централизованного перераспределения финансовых ресурсов.
Вариант второй - еще большее ужесточение административных методов регулирования валютного рынка. А именно: введение 100-процентной обязательной продажи валютной выручки, введение государственной монополии на распределение валютных ресурсов, ликвидация межбанковского валютного рынка, полное прекращение платежей в белорусских рублях по внешнеторговым операциям, чисто административное установление валютного курса, предельное ужесточение административного регулирования рынка наличной иностранной валюты.
Авторы концепции, по-видимому, не без оснований допускают возможность данного сценария и потому предупреждают: его реализация к перечисленным ранее трудностям добавит необходимость введения нормированного потребления основных продовольственных и промышленных товаров. Выгод же он сулит совсем немного - максимальный контроль государства за распределением валютной выручки.
Вариант третий - политика 'свободного плавания'. Он практически не анализируется, поскольку был недавно отвергнут как грозящий полной неуправляемостью валютного курса и быстрым переходом роста цен в гиперинфляционную фазу.
Вариант четвертый - политика 'валютного управления', известная в научной литературе и практике некоторых стран под названием currency board.
Ее сущность - установление и поддержание жесткой фиксированной связи между объемом рублевой денежной базы и валютными резервами Национального банка c одновременной привязкой обменного курса рубля к одной из СКВ. Ее реализация потребует, по мнению разработчиков, помимо жесткой фиксации обменного курса, осуществления денежной эмиссии исключительно путем покупки Национальным банком иностранной валюты на рыночной основе, а также его полного отказа от предоставления прямых кредитов правительству для покрытия дефицита бюджета, резкого сокращения возможностей по поддержанию ликвидности банковской системы и регулирования процентных ставок при безусловном удовлетворении всех заявок на покупку иностранной валюты.
Как следствие, авторами прогнозируется быстрое обеспечение стабильного и предсказуемого курса национальной валюты, максимальная прозрачность и простота механизма государственного регулирования валютного рынка, создание условий для управляемости инфляционными процессами, повышение инвестиционной привлекательности экономики, возобновление диалога c МВФ и стабилизация реальных доходов населения.
Возможные отрицательные последствия усматриваются в вероятном краткосрочном росте цен и процентных ставок, снижении ликвидности банковской системы, циклическом снижении объема ВВП и, предположительно, кратковременном ухудшении внешнеторгового баланса.
Учитывая, однако, болезненность восприятия политиками и населением очередного витка роста цен, а предприятиями - процентных ставок и снижения доходности экспорта, разработчики предложили принять к реализации несколько модернизированный вариант currency board. А точнее: политику 'скользящей фиксации' c привязкой к одной из СКВ, в частности, к евро, получившую порядковый номер 'пятый вариант'.
Если очень хочется, то можно
Принципиальное отличие от четвертого варианта заключается в допущении периодического понижения обменного курса национальной валюты в заранее определенном размере. По задумке авторов, это должно, во-первых, позволить Национальному банку не прекращать резко и полностью кредитную эмиссию и дать время экономике для адаптации к новым условиям на валютном рынке. Во-вторых, не ставить в жесткие условия белорусских экспортеров. И, в третьих, дать инструменты Национальному банку более активно регулировать процентные ставки за счет покупки-продажи государственных ценных бумаг.
Наиболее сложным моментом для 4 и 5 вариантов является проблема золотовалютных резервов, которая особо оговаривается авторами концепции. Суть ее в том, что стабилизация обменного курса на желаемом уровне требует его соответствия существующему спросу и предложению на валютном рынке. Сегодня потенциальный спрос на валюту по официальному курсу значительно выше реального предложения. Чтобы добиться равновесия, Национальному банку необходимо, во-первых, частично скупить 'лишние' белорусские рубли, во-вторых, продемонстрировать свою способность поддерживать свободную конвертацию неопределенно долгое время.
По оценке разработчиков, чтобы зафиксировать по этим правилам единый курс на уровне 300 тыс. BYB за доллар, валютные резервы центрального банка должны составлять, ориентировочно, около 500-600 млн. USD. Естественно, этих денег сегодня нет, и по обычным каналам их не добыть. Выход видится в массированной продаже госимущества.
Внедрение модели 'скользящей фиксации' валютного курса предлагается осуществить поэтапно. На первом этапе подготовить условия для будущей фиксации, включающие: сближение валютных курсов на всех сегментах денежного рынка либо путем понижения обменного курса до равновесного состояния, либо за счет продажи валюты и изъятия лишних рублей; полную либерализацию рынка наличной валюты, повышение ставки рефинансирования до положительных значений по отношению к инфляции; отмену ограничений на экспорт и импорт за белорусские рубли; осуществление комплекса мер по пополнению валютных резервов НББ за счет продажи акций госпредприятий; принятие пакета мер по адресной социальной защите населения и созданию новых рабочих мест в сфере малого и среднего бизнеса; возобновление переговоров c МВФ по предоставлению кредита в рамках механизма stand-by на основе указанной программы.
И только после реализации всего пакета мероприятий, независимо от времени, которое для этого понадобится, можно переходить ко второму этапу - фиксации обменного курса белорусского рубля по отношению к евро и включению механизма его скольжения в зависимости от намеченных параметров инфляции. Ориентировочно, по 2% в месяц.
В рамках этого этапа, по мнению разработчиков проекта, допустимо введение 100-процентной обязательной продажи валютной выручки, установление предельного лимита кредитной эмиссии Национального банка в соответствии c планируемой инфляцией и только на покрытие дефицита бюджета, но при обязательных положительных процентных ставках, полной дедолларизации экономики и отказе Национального банка от финансирования любых иных государственных программ. Предпочтительные временные рамки этапов определены следующим образом: подготовительный - c июля по декабрь т. г., основной - c 1 января 2000 г.
Рады бы в рай...
Любое жестко централизованное государство предполагает наличие громоздкого аппарата управления, всемерно старающегося подтвердить свою коллективную полезность. Это было и в Советском Союзе, это же скопировала и Республика Беларусь, чьи принципы организации управления весьма схожи c советскими.
Наиболее универсальным средством доказательства полезности в неэффективной централизованной экономике является подготовка различного рода программных материалов, превращающих индивидуальную ответственность за стратегию развития страны, отрасли или отдельного предприятия в коллективную безответственность.
Только за перестроечный период в Беларуси принимались, например, программы макроэкономического характера по защите внутреннего потребительского рынка - антикризисная 1994 года, социально-экономического развития до 2000 года образца 1996 года, импортозамещения, строительства жилья и т. д.
Все они благополучно провалены или проваливаются сегодня, но госаппарат и обслуживающая их наука свое слово сказали. Иначе и быть не могло, поскольку программы составлялись под взгляды конкретного человека или группы лиц и, как правило, не могли быть реализованы в натуре, когда приходилось задействовать миллионы людей c совершенно противоположными интересами.
Это всеобщая болезнь всех директивных программ и централизованных заданий. Для бывшего CCCP они закончились экономическим упадком и распадом огромной державы. Цивилизованный мир давно это понял и перешел к индикативному экономическому программированию, носящему, во-первых, рекомендательный характер для бизнеса и, во-вторых, имеющему финансовое стимулирование для эффективного частного капитала.
Поэтому предложенную Национальным банком новую концепцию денежно-кредитной и валютной политики нужно рассматривать в двух аспектах: первый - насколько она соответствует сегодняшним белорусским экономическим реалиям; второй - насколько она согласуется c экономическими взглядами белорусских 'олимпийцев'.
C точки зрения согласования c экономическими реалиями, есть следующие сомнительные моменты.В первую очередь, это способность госсектора более или менее нормально функционировать без наркотической иглы кредитной эмиссии. C нашей точки зрения, отказ от льготных кредитов для госпредприятий смертелен, поскольку для выживания им придется серьезно пересмотреть ряд своих подходов. Прежде всего, решить проблемы наличия избыточной рабочей силы на предприятиях, которую сегодня нельзя сократить, привлечения современных технологий, что связано c возможной сменой собственника, поиска новых рынков сбыта и т. п.
Кроме того, переход в нормальные рыночные условия требует иного отношения к посредникам, которые у нас объявлены 'национальными врагами'. Ведь в большинстве своем белорусские предприятия сбывают продукцию отнюдь не самого высокого качества и на довольно узких товарных рынках. Отказ от посредников - это паралич для экспорта, поскольку никакие госорганы их не заменят. В существующих условиях кредитная эмиссия и инфляция - это действительно единственный способ временно поддержать низкорентабельные предприятия за счет населения и более прибыльных предприятий.Представляется маловероятным и возможность пополнения валютных резервов страны за счет продажи госимущества. Перечень предприятий, в которые серьезный инвестор согласился бы вложить деньги c учетом экономических и политических рисков Беларуси, насчитывает не более десятка. Все они составляют как бы национальную экономическую гордость, и их продажа - это предположение из области фантастики. А следовательно, возможность создания валютных резервов в 500-600 млн. USD для обеспечения фиксации белорусского рубля на каком-то приемлемом уровне - просто иллюзия.
Наконец, еще большее сомнение вызывает адекватность предлагаемой концепции генеральной экономической линии развития - усилению роли государства в экономике. Ответственность государства за состояние национальной денежной единицы и умение экономически регулировать либеральный валютный рынок c одновременной минимизацией кредитной эмиссии на поддержку госсектора и покрытие дефицита бюджета, равно как и стимулирование развития частного бизнеса, - это, пожалуй, не снилось в самом кошмарном сне нынешним экономическим идеологам. Ведь на следующий день они сами станут никому не нужными.
Все остальное - хорошо
Что же касается собственно концепции, то ее содержание в целом оставляет неплохое впечатление. В нормальной экономике она могла бы дать положительный эффект. Но в силу того, что именно экономическая ненормальность привела белорусскую экономику в нынешнее состояние, возможность ее реализации представляется чрезвычайно низкой.
Строго говоря, послевоенный цивилизованный мир знает две основных модели установления обменного курса - фиксированную и плавающую. Каждая из них соответствует определенному уровню экономического развития страны.
Система фиксированных курсов, ее можно назвать еще 'бреттон-вудской' (по месту учреждения МВФ), была эффективна при недостаточно стабильной международной торговле, когда требовался определенный якорь для совершения внешнеэкономических сделок. По мере размывания национальных экономик и придания им транснационального характера, когда экспорт и импорт становятся достаточно условными, а центральные банки и правительства имеют достаточно возможностей для тонкой регулировки курса своей валюты, фиксированные курсы теряют свою актуальность и на смену им приходят 'свободно плавающие' курсы. В том числе в рамках валютных блоков и союзов.
Юридическое закрепление системы 'плавающих курсов' получили на Ямайкском совещании ведущих стран мира в 1975 году.
Относительно развивающихся стран в рамках каждой из двух основных моделей можно выделить, как минимум, по два-три варианта. При фиксированном курсе он может быть жестко зафиксированным по отношению к одной из валют или их корзине ('привязанным'), c обязательством центрального банка поддерживать этот курс по всем операциям текущего платежного баланса или без такового, c периодическим пересмотром уровня фиксации ('скользящая фиксация') или без этого (Япония 30 лет держала иену на уровне 360 JPY за USD).
В свою очередь, плавающие курсы могут быть в 'свободном плавании' - без валютных интервенций центрального банка на их поддержку или в 'грязном плавании' - при активном регулирующем участии ЦБ.
Принципиально же важным для всех этих моделей и вариантов являются два момента. Первый - это наличие достаточных золотовалютных резервов, что достижимо только при активной и эффективной внешнеэкономической деятельности национального бизнеса. Второй - очень осторожная и умеренная эмиссионная политика центрального банка. То есть надо иметь резервы твердой валюты и нельзя печатать 'пустые' деньги. Тогда фиксированный курс так же хорош, как и 'свободно плавающий'.Если обоих этих факторов одновременно нет, то надо выбирать. При наличии валютных резервов и желании немного подпечатать денег для финансирования госпрограмм лучше применять фиксированный курс. По крайней мере, до тех пор, пока не закончатся резервы. Но если за это время удастся провести в основном необходимые реформы, потеря резервов будет оправданна.
Если резервов нет, то даже независимо от качества эмиссионной политики эффективнее придерживаться 'плавающего курса'. При жесткой эмиссионной политике и положительной ставке процента это позволит стабилизировать национальную валюту без продажи значительных валютных резервов. При мягкой политике - обрушит экономику в гиперинфляционную спираль, после чего к управлению экономикой придут более подготовленные люди. Цена большая, но при отсутствии выбора ее придется заплатить.
Надежды авторов питают
Авторы анализируемой концепции выбрали модель 'скользящей фиксации' в надежде на будущие валютные поступления от реализации госимущества при сохранении умеренной эмиссии.
C точки зрения выбора вариантов это, по-видимому, самый оптимальный для сегодняшней Беларуси проект. Его основное достоинство в том, что он устанавливает жесткую связь между наличием валютных резервов и эмиссией новых денег. Причем величина этих резервов не столь уж важна.
При минимизации кредитной эмиссии равновесие между спросом в белорусских рублях на валюту и ее предложением на рынке можно было бы достичь к концу года где-то на уровне 400-450 тыс. BYB/USD. Если же на этот уровень выйти достаточно резко, например в течение 1-2 месяцев, то объем валютных интервенций НББ потребовался бы небольшой. Еще через 3-4 месяца спадет вызванная девальвацией инфляция, после чего можно выходить на привлекательную положительную ставку процента по рублевым сбережениям.Само собой, что o никакой эмиссии на финансирование АПК и жилищного строительства при этом не может быть и речи. Ведь для белорусской экономики восстановление функций рубля как денежной единицы сегодня значительно важнее прироста показателя ВВП и сохранения 'нездоровой' занятости.
Правда, в этом варианте концепции есть и обратная сторона. Втихую мы уже 'проели' активную часть основного капитала и оборотные фонды предприятий. Фиксация и поддержка обменного курса, особенно в первый период, когда давление на рубль по инерции будет сильным, приведет к тому, что страна станет открыто 'проедать' собственность. Через продажу предприятий для приобретения валюты, а последней - для поддержки рубля.
Приходится также, видимо, согласиться и c тем, что в нынешней ситуации у авторов концепции попросту не было другого выхода. Вариант 'свободного плавания' малопригоден для экономики c многолетним отрицательным торговым балансом и нереформированной экономикой, поскольку хроническое недоверие к белорусскому рублю способно утопить его под 'девятым валом' гиперинфляции раз и навсегда. После этого останется только вариант государственной монополии или военного коммунизма.
Спорными, однако, остаются положения концепции, касающиеся 'привязки' белорусского рубля к евро, а также 100-процентной обязательной продажи валютной выручки после выхода на единый рыночный курс и либерализации валютного рынка. Евро как 'твердая валюта' себя еще не зарекомендовала и применяется сравнительно редко. Но зато ее постоянное 'скольжение' вниз по отношению к доллару позволит законно скользить в ту же сторону и белорусскому рублю. C точки зрения поддержки экспортеров, это неплохо. Зато 100% продажи валютной выручки при всех обстоятельствах вряд ли окажутся полезными. Конечно, это увеличит объем торгов на внутреннем рынке, но часть сделок окажется фиктивной, поскольку вынужденный продавец валюты тут же будет покупать ее обратно для оплаты своего производственного импорта.Но это - частности, которые на данном этапе обсуждения новой концепции в органах госуправления вряд ли являются принципиальными. Будет ли концепция принята Советом министров вообще? Ведь некоторых вице-премьеров само слово 'либерализация' приводит в ярость. Тем более что принимается у нас все легко, реализуется же 'через пень колоду'. Или, как это делалось раньше, отдельными фрагментами. Результат же, как правило, оказывается либо нулевым, либо совсем отрицательным.
После чего пишется очередная концепция или программа.Аналитическая группа 'БР'.
------------------------------------------------------------------------
Белорусский рынок, 1999
