Печальным итогом 90-х годов стало то, что у нас теперь совсем не принято любить Родину. Желая скорее избавиться от совковости, стать цивилизованными западными буржуа, мы совсем потеряли себя, не имеем национального самосознания.
'Да, скифы мы', - говорил Блок. 'Евразийцы' - говорил Л.Гумилев. 'Совки' - говорили диссиденты-антикоммунисты. 'Кто мы теперь?'. У России до сих пор нет гимна. У России нет даже лозунгов. Как ни смешны были коммунистические слоганы: 'Пролетарии всех стран соединяйтесь', 'Слава КПСС', 'Миру мир' - мы, нынешние, можем им противопоставить только невразумительное 'Голосуй сердцем!' (За кого, во имя чего голосовать - во имя олигархов?). Смерть лозунга - признак отсутствия национальной, государственной идеи. Отсутствие идеологии - это тоже идеология. А что может быть опасней, чем отсутствие объединяющей идеи для идеократического народа, с его соборной ментальностью и мечтательностью. Где наши историки и философы, которые бы увещевали свой народ и правителей, напоминали ему о его 'национальных' особенностях. Разве что Эдвард Радзинский (драматург и мастер исторических аналогий) в своих замечательных передачах полуконтрабандой говорит о соборности, идеократичности, православной вере. Все.
Следствием того, что у нас теперь 'немодно' любить Родину, стала непопулярность службы в армии, развал которой тоже был допущен 'сверху'. Ведь войны быть не может, зачем нам армия? Сами же молодые люди испытывают потребность и в военной подготовке, и в дисциплине, и в парадах, и в рукопашной борьбе. Но эту потребность молодежи почему то используют только 'экстравагантные' партии типа ЛДПР и РНЕ, с их военными бригадами и военно-спортивными базами.
'Только кровопускание возродит Россию, - сказал мне как-то один студент, историк и циник. - Я первый запишусь в добровольцы, если начнется справедливая война. Увы, человечество не может не устраивать время от времени небольшие бойни или хотя бы поиграть мускулами? Хочешь мира - готовься к войне. Это частное мнение студента весьма симптоматично. Психологи нам объясняют: 'Молодость всегда мечтает о подвигах. Ей хочется острых ощущений, испытать 'все то, что гибелью грозит...'. Это воинственное мнение лучше всего уравновесит высказывание живого свидетеля и участника войны, народной артистки Элины Быстрицкой: 'Самое сильное воспоминание о войне - это рельсы. На рельсах стоит развороченный бомбами или снарядами вагон. Черная обугленная степь и до самого горизонта - белые треугольники. Солдатские письма. Их выбрасывает воющий ветер. Помню, как мы ждали писем с фронта: папа в то время пропал без вести. Как ждала писем наша квартирная хозяйка тетя Катя! Четыре ее сына и муж были на фронте, и такой белый треугольничек мог означать все... Страшного было много, но потом стерлось, даже еще до конца войны. Мы в госпитале привыкли к крови, грязи, стонам - ко всему. Артобстрел - а люди спят, не бегут в убежище. Убьют, так убьют. И поэтому когда сейчас я вижу, как бомбят Югославию, мне кажется, я даже чувствую запах гари...
Нельзя допускать новую войну'.
9 мая - праздник любви к ветеранам (у нас так устроен календарь, что всех мы любим один раз в году - женщин 8 марта, мужчин 23 февраля, детей - 1 июня, пожилых людей - 1 октября). Если бы не праздники, то вообще бы не любили. Некогда. Все заняты выживанием. Оттого 9 мая мы обращаемся к своим старикам не столько со словами поздравлений, сколько со словами покаяния: милые светлые ветераны, простите нас, ваших потомков, что не смогли вам создать обеспеченную старость. Простите, что не достойны вас. Дай вам Бог здоровья и сил!
Татьяна МЕДВЕДЕВА.
