Одна российская волейболистка (не <звезда> мирового спорта, но за сборную страны не раз выступала), долго пыталась устроиться <легионером> в какую-нибудь из команд бундеслиги ФРГ. И безуспешно. Она подходила и по физическим данным, и по мастерству, и по способности быстро сыграться с новыми коллегами. Не подходили финансовые условия, обещанные за ее игру. Предлагали (да и то с кислой миной) тысячу марок ежемесячно, и на большее не соглашались ни в какую.
- Ха! Тысяча марок в месяц за то, что я стану корежиться в их высшей лиге? Да это же стыд и позор! Я в Турции тысячу <баксов> получала, жилье и питание за счет клуба были. А тут тебе заявляют: квартиру, мол, подыскивай сама. Женский волейбол, говорят, в Германии не на самом высоком уровне. Так платите игрокам побольше - вот он и будет на уровне, - взволнованно рассуждала девушка в кругу приятелей.- По-моему, стань я здесь от отчаяния проституткой, за одну ночь заработала бы больше.

Ни новым кумиром германских волейбольных болельщиков, ни проституткой она не стала. Когда истек срок визы, вернулась в Россию, в первую же неделю подписала контракт с одной из израильских команд и вскоре улетела готовиться к предстоящему сезону.

Ну, и что здесь занятного?- спросит читатель. А вот что... Когда раздосадованная спортсменка в ответ на свою эскападу услышала реплику: <Не хотелось бы тебя разочаровывать, но и проституткой ты вряд ли могла бы здесь зарабатывать больше тысячи в месяц>, то крепко обиделась. Еле-еле удалось втолковать миловидной россиянке, что невысокий доход, напророченный ей в карьере <путаны>, вовсе не служил денежным эквивалентом оценки ее внешности и женственности, и что даже эта сумма считается большим заработком для проститутки, попавшей в Германию из Восточной Европы, в том числе из стран СНГ.

<Симпатичные русские женщины, скромные, владеющие немецким и уже долгое время проживающие в Мюнхене, ищут преисполненного любви партнера для серьезных отношений. Брачное агентство. Телефон...> Похожие объявления сегодня можно обнаружить практически в каждой городской газете в Германии. Иногда вместо <русских> написано <польских> или <из Богемии>. Падение <железного занавеса> превратило провокационную некогда строку припева в хите группы <Комбинация> <Америкен бой, уеду с тобой!> в интригующую реальность.

Выйти замуж за иностранца с паспортом гражданина развитой капиталистической страны внезапно стало так же посильно, как, предположим, найти в соседнем гастрономе что-нибудь съестное. Волна желающих перевоплотиться из изнуренной, униженной <совгражданки> в эмансипированную, почитаемую <мисс>, <мадам> или <фрау> накатила на Западную Европу с непредставимой мощью. В германских мужчинах она пробудила сублимируемое до сих пор желание познать славянских женщин во всей их красе и прелести. Мода на славянок вступила в новую фазу, когда немецкие мужчины открыли для себя очередные превосходства подобных смешанных браков. В отличие от коренных жительниц, жены русские, украинки, польки зарекомендовали себя женщинами чувственными, кроткими, послушными, неутомимыми хозяйками и, в общем, непритязательными спутницами жизни.
К тому же, беря в жены гражданку страны Восточной Европы, местный <жених> мало чем рисковал. В случае развода не надо тратить огромные суммы на адвокатов и, если бывшая супруга покинет Германию (чтобы остаться в ФРГ навсегда, ей полагалось бы состоять в браке не менее трех лет), не надо регулярно выплачивать деньги на ее содержание.
К услугам проституток в Германии ежедневно прибегают порядка 1,7 миллиона мужчин. Ну, а жажда новизны присуща отродясь каждому. Несмотря на географическую близость ФРГ к постсоветским странам, <жрицы любви> оттуда котируются в борделях Берлина, Гамбурга или Бремена не ниже экзотических таиландок или филиппинок.
Содержатели <домов утех> нынче предпочитают покупать девушек из Восточной Европы. Цена <свежего мяса> (на жаргоне местных сутенеров) составляет между 500 и 1500 марок, а при <фрахте> - до 3000.
- Девицы из Восточной Европы - именно то, что хочется моим клиентам,- объясняет Тони, владелец двух средней руки публичных домов (их он называет <клубами>) на юге Германии.- Они готовы выполнить любое желание гостя. Без стеснений... Что значит любое? Сам понимаешь - секс без границ. Оральный, анальный, вербальный... С вербальным пока еще не совсем гладко, но за месяц-другой каждая девица в состоянии заучить с полсотни нужных фраз. Кстати, многим <фрайерам> (клиентам.- авт.) ломаный немецкий больше нравится.
Согласно газете <Зюддойче Цайтунг>, три четверти проституток в Германии - иностранки, главным образом из России, Украины и Чехии. И, в основном, моложе 25 лет. Далеко не все они ехали в Германию <трудиться> при свете красного фонаря. Многих манили мечты куда прозаичнее: найти на Западе скромную и, в сравнении с домашними тарифами, высокооплачиваемую работу. Домоправительницей ли, уборщицей, сиделкой, официанткой, бар-дамой или стриптизершей - чаще всего играло второстепенную роль. Важно было окупить расходы на дорогу и что-нибудь оставить в итоге в <заначке>. Цена турпоездки в ФРГ на настоящее время колеблется в пределах от 500 до 870 марок при сроке в среднем 78 дней. Если учесть минимальный прожиточный уровень в России (менее 90 марок в месяц), такие затраты колоссальны. И, тем не менее, в минувшем году количество организованных <туристов> из России в Германию возросло почти на треть и составило примерно 52,1 тысячи человек. Зато число частных поездок (по приглашениям) уменьшилось на 34,7 процента. Причины тому, что называется, на ладони: секс-дельцы пользовались либеральными правилами въезда в ФРГ и <приглашали> девушек десятками. Пришлось ужесточить визовый режим.
Не стоит удивляться тому, что в посольстве ФРГ на Украине (и не только на Украине) женщинам <подозрительного> /20-25 лет/ возраста и привлекательной наружности безоговорочно отказывают во въездной визе по приглашению, полученному не от прямых родственников. Могут и снисходительно намекнуть: знаем, дескать, зачем в Германию собрались, и не рассказывайте басни о желании ближе познакомиться с культурой, языком и традициями нашей страны. Получите обратно паспорт и двадцать марок и - ауф видерзеен!
<Видерзеен>, однако, происходит. Соблазнившись обещаниями сомнительных фирм на родине, легковерные девицы платят последние гроши и рано или поздно добираются до ФРГ. Не как гостьи - как туристки. На месте обнаруживается, что и без того запрещенная местными законами <подсобная> работа включает в себя ряд прежде не упомянутых эротических услуг. А дальше как в армии: <не можешь научим, не хочешь - заставим...> И заставляют. А куда деваться?
- Ваши русские ребята, между нами говоря, неплохие компаньоны. Но звери... У меня, допустим, принцип следующий: не хочет девка работать в моем <деле> - ну, и не надо. Я ей даю три-четыре дня. Показываю, рассказываю, ее же соотечественниц подключаю. Сто марок за двадцать минут секса, которые ей заплатил <фрайер> - это не ее сто марок. Но она может рассчитывать на двадцать пять. Шесть клиентов за ночь - полторы сотни твои. А русские платят мизер. Кроме того, если она за этот срок не согласится, может свободно уехать домой. Но от меня уезжать не хотят. Я плачу прилично - тысячу триста <чистыми>... Затраты на помещение, косметику и гигиенические средства - мои. И проблемы с налогами, медобслуживанием и прочей кутерьмой тоже на мне,- откровенничал <цухельтер> (содержатель) Тони. - Учти, я работаю на западе, а не на востоке Германии. А, значит, и риск у меня больше...

<Продажные> девушки-славянки - отнюдь не те сладострастные мегеры и не похотливые самки, каких можно себе представить в нецензурных картинках. Галину из Харькова <продал> в Штутгарте бывший одноклассник, торгующий теперь автомобилями. Алина из Ровно надеялась вести домашнее хозяйство переселенцев из Львова за 20 марок в час; Светлана из Санкт-Петербурга предполагала не только преподавать уроки русского языка, но и обучать желающих игре на фортепиано. Фортуна повернулась к ним иной стороной. Все они слегка разочаровались в Германии, но своевременно успели перестроиться на новую <профессию> и, кажется, сладили с судьбой.

- Каждый месяц я переправляю маме с папой почти триста марок. Ведь это же здорово, правда?>,- спросила Галина. Правда. Или, наверное, правда?