На сойме планировалось обсудить два вопроса. Во-первых, наконец высказать официальную позицию фронта по отношению к прошедшей в стране попытке президентских выборов. Кроме того, члены фронта должны были дать однозначный ответ на вопрос о том, нарушил ли Позняк своим вмешательством в действия Центризбиркома белорусское законодательство и устав БНФ. В том случае, если по последнему вопросу сойм принял бы утвердительное решение, на предстоящем июльском съезде фронт поменял бы своего лидера. Особо отметим: круг вопросов, намеченных к обсуждению, неоднократно оглашался лидерами организации накануне мероприятия. Тем более удивительно то, что произошло в конечном счете.
В силу важности выносимых на сойм вопросов, можно было ожидать, что во время голосования члены партии разделятся на два <клана>: с одной стороны руководитель предвыборной кампании лидера БНФ Сергей Попков и его сторонники, которые сделали бы все для того, чтобы Позняка не обвинили в нарушении устава. С другой стороны - Юрий Ходыко, Вячеслав Сивчик, которые наверняка настояли бы на принятии <обвинительного> решения.
Лидеры фронта превосходно понимали, что ничем хорошим для БНФ сойм закончится не может. А поэтому сделали все, чтобы перестраховаться. Началось все с того, что за день сойма, первоначально назначенного на 22 мая, приглашенным вдруг объявили о переносе мероприятия. Представители различных внутрибэнээфовских кланов трактовали перенос по-разному. Сергей Попков заявлял о том, что <чрезвычайного> сойма не будет вообще и все насущные вопросы члены партии обсудят на плановом мероприятии в июне. Левон Борщевский стоял на том, что в виду важности выносимых на сойм вопросов, необходимо время на то, чтобы хорошо подготовиться. Поэтому мероприятие перенесено на 8 дней. Было очевидно, что оба клана, сторонников и противников позиции <варшавского> лидера БНФ, пытаются недопустить раскола и договориться между собой. Впрочем, договариваться необходимо было не столько между собой, сколько с третьими лицами: теми активистами президентской кампании, которые собирались заявить о фактах давления на них со стороны руководства народного фронта. Можно представить, насколько сложно переубедить человека, ходившего с избирательной урной по квартирам избирателей, получившего за это официальное предупреждение милиции, и в довершение ко всему поставленного перед необходимостью прекратить участие в выборах потому, что они перестали забавлять Зенона Станиславовича. Но, как видно, перенос сойма возымел действие. <Договориться> удалось.
Ожидавших сенсационного раскола БНФ постигло жестокое разочарование. То есть, внешне прошедшее в воскресенье мероприятие было очень даже эмоциональным, напряженным и экспрессивным. Собравшиеся упражнялись в риторике на протяжении восьми часов без перерыва. Но долгожданные вопросы об отношении к президентским выборам и Зенону Позняку так и не прозвучали.
Мероприятие прошло по стандартной схеме: собравшиеся в очередной раз дисциплинированно обсудили факс вождя. Факс содержал эпатажное предложение: не ехать в Бухарест на переговоры между белорусской оппозицией и правительством, организованные консультативно-мониторинговой группой ОБСЕ. <Белорусскому> лидеру БНФ, Левону Борщевскому, удалось убедить публику в несостоятельности предложения <варшавского> лидера. Основным аргументом было то, что ОБСЕ не пригласило в Бухарест ни Семена Шарецкого, ни Виктора Гончара и, стало быть, занимает сходную с фронтом позицию в отношении прошедших выборов. Так что Борщевский в Бухарест все-таки поедет.
Помимо этого, на сойме, который мог стать судьбоносным, члены партии обсудили предстоящую перерегистрацию и вопросы внутренней организации партии. Вопрос о том, сколько заместителей все-таки должно быть у Зенона Станиславовича (тот, опасаясь закулисных игр, факсом предложил ограничиться одним первым замом), был поднят, но отложен до съезда. Для принятия решения по всем остальным вопросам (в частности, - обращения к руководству ВС) не хватило кворума: не выдержав восьмичасовой дискуссии, три необходимых <голоса> куда-то испарились.
Попробуем спрогнозировать, чем чреват для фронта прошедший сойм. Есть два варианта развития событий. Вариант первый. Недовольные заявлениями и действиями Зенона Позняка в период президентской кампании решили, что судьба фронта дороже их собственного мнения, а потому сложили мечи, закопали ятаганы, выкурили трубку мира и подняли белый флаг. В этом случае в обозримом будущем прогнозировать возрождения из пепла Феникса под названием БНФ не приходится. Фронт будет продолжать действовать с оглядкой на своего <варшавского> руководителя, обсуждать его факсы и оправдываться за его заявления. Вариант второй. Недовольные заняли выжидательную позицию и только делают вид, что им нечего возразить Сергею Попкову. В этом случае на июльский съезд Вячеслав Сивчик и Юрий Ходыко придут с фигой в кармане, дождутся подходящего момента и выскажут свои претензии непосредственно с трибуны. Выгодность этой позиции определяется двумя моментами. Во-первых, решение об отставке Зенона Станиславовича может принять лишь съезд, сойм здесь ничего не решает. Во-вторых, к съезду эти господа придут с чистыми репутациями, без ярлыка <раскольников>, которые им уже успела навесить пресса. Результативность такой демонстрации своего негодования по поводу действий <варшавского> лидера будет значительно выше.