- Противоречия и не может быть. Зачастую в народное сознание внедряется ересь, что политика - грязное дело и православный человек ею заниматься не должен. Такая сектантская позиция церкви никогда не была свойственна. Если мы откроем жития святых, то увидим в них великих равноапостольных императора Константина и князя Владимира, Александра Невского, Дмитрия Донского - все они занимались политикой. Это было их служение и религиозный подвиг. Нужно, конечно, отличать политику от политиканства. Политиканство для православного человека постыдно. Но участие в политике как христианский подвиг служения своему народу и отечеству - дело доброе. К сожалению, во многом забытое, но надо его возрождать.
- Как вы сами пришли в политику?
- До 95-го года я был настоятелем собора в Гатчино - пригороде Санкт-Петербурга. Моим прихожанином был депутат Государственной Думы Николай Лысенко. Произошла скандальная история, когда он сорвал наперсный крест с бывшего священника Глеба Якунина. И по этому поводу он обратился ко мне: что делать? Поступил так сгоряча. Мы вместе с ним поехали к владыке Иоанну (Снычеву), митрополиту Петербургскому и Ладожскому, вашему прежнему владыке. Владыка Иоанн был нашим епархиальным архиереем, я с ним неоднократно встречался, беседовал. Я-то думал, что владыка поругает Лысенко. Но он сказал только, что Глеб Якунин действительно не имеет права носить священнические одежды, так как запрещен в священнослужении. Крест поэтому он должен вернуть.
Лысенко попросил меня 5 декабря 1995 года, как сейчас помню, поучаствовать в передаче московского телевидения, посвященной этому инциденту. И в этот же день в здании Думы произошел взрыв. В нем обвинили, как это ни странно, священника Михаила Рогозина и депутата Николая Лысенко. Мы по полтора года пробыли в следственных изоляторах Москвы. Был оправдательный приговор. Глава 'Союза Христианского Возрождения' Владимир Осипов был моим общественным защитником на суде. После освобождения по благословению моего духовника я стал заместителем главы движения. Так что фактически меня насильно втянули в политику, сфабриковав это дело.
- Как вы думаете, что знаменует собой военный конфликт в Югославии?- По сути дела, это вызов православной христианской цивилизации. Заявления, что американская и западная культура - христианские, не выдерживают никакой критики в свете этой агрессии. Это перчатка, брошенная в лицо России, которую, по-видимому, уже не считают сверхдержавой. Если могут без решения ООН, без согласования с Россией начинать войну с близким нам народом. Нельзя исключить, что скоро они решат, что и в Чечне происходит гуманитарная катастрофа и начнут бомбить территорию России. Эта ситуация очень опасна.
- Приходится порой слышать: 'Зачем Россия в это ввязалась, какое она имеет отношение к Сербии?' - Можно провести историческую аналогию. В Древней Руси были раздробленные княжества, и когда степь нападала на Русь, князь номер один считал, что это касается князя номер два, а в результате грабили и сжигали и того, и другого. Если сегодня не дать отпор этой инициативе НАТО произвольно нападать на любую страну, исходя из своих геополитических интересов, то, я думаю, это очень быстро коснется России. Защищая Сербию, мы защищаем не только ее и свои интересы, а прежде всего мир на земле. Это проверка на реакцию: можно ли наглеть дальше? Для сравнения. В Москве некто Тер-Оганян провел акцию по осквернению православных святынь. В Манеже он продавал право плевать на православные иконы, разрубать, топтать их. Назвал это английским термином, обозначающим некое художественное действо в абстрактном искусстве. Закончилось тем, что один православный журналист ударил его и остановил это кощунство. Это была провокационная акция: посмотреть, как русские православные люди прореагируют и можно ли из них вить веревки. Как выяснилось, нельзя. Фонд возрождения нравственности обвинил Тер-Оганяна в разжигании межнациональной розни и подал на него в суд. Я знаю, что ему некий Гельман предоставил перед судом помещение своей галереи для персональной выставки, чтобы доказать суду, что он - художник, а не хулиган. Так к открытию выставки пришли казаки с нагайками: хотели надавать Тер-Оганяну плетей. Народ очень жестко настроен по отношению к нему. Я думаю, по аналогии в военно-геополитическом плане осуществляется и агрессия НАТО в Сербии: это проверка, можно ли ввести безнаказанный политический диктат в мире или еще рано?
- Церковь благословляет добровольцев на войну в Сербию?
- Это дело не церковной дисциплины, а совести и личного подвига. Иногда подобный вопрос задают по поводу политической деятельности православных людей. Покойный митрополит Иоанн (Снычев) говорил, что на дело возрождения Святой Руси никакого особого благословения не требуется. Если же человек нуждается в благословении, он должен его взять у своего духовника.
- Что мы можем сделать здесь для сербов?
- Вся русская православная церковь за каждой службой возносит молитвы о сербском народе, страждущем от войны. Для простого человека это прежде всего молитва и, конечно, посильная материальная помощь.
