От генерала Степашина ждут примерно того же, что уже имели при академике Примакове, банкире Кириенко и промышленнике Черномырдине. Все предыдущие правительства занимались чем-то вроде тушения внезапно возникающих в экономике пожаров. Степашин, написавший в свое время по пожарно-идеологическим вопросам целую диссертацию, с полным правом сможет принять на себя функции руководителя пожарной команды российской исполнительной власти.
Было много нового и много правильного
Если кратко подвести итог восьмимесячной деятельности правительства Евгения Примакова, то следует заметить, что оно заканчивало работу в энергичных попытках преодолеть последствия своих же собственных осенних начинаний. Иными словами, правительство де-факто оказалось вынуждено признать, что хотя в его работе было много нового и много правильного, но практически все правильное было не ново, а все новое - неправильно.
Что декларировало правительство осенью? В основном три магистральных направления своей деятельности. Примаков обещал расплатиться с долгами бюджетникам, Юрий Маслюков - сформировать наконец промышленную политику, направленную на поддержку отечественных производителей, Георгий Боос - существенно снизить фискальное бремя и повысить собираемость налогов.

От идей Маслюкова, к счастью, отказались сразу, частично по причинам объективного свойства (отечественные производители без того были осчастливлены резким падением рубля и катастрофическим сокращением импорта), частично по причинам свойства субъективного (бюджетные оценки быстро показали, что выделить существенные финансовые ресурсы еще и на поддержку производителей невозможно).

С долгами правительство начало активно расплачиваться за счет денежной эмиссии, доведя в декабре инфляцию до 11 проц. После этого пыл пришлось несколько поумерить, смирившись с тем, что реальные доходы осчастливленного этими выплатами населения оказались более чем на четверть ниже реальных доходов годичной давности. Что же касается снижения НДС, то в последние месяцы Боос в основном запомнился нам своими активными попытками убедить парламентариев перенести это инициированное им снижение на 2000 г.

Таким образом, правительство вернулось к курсу жесткой бюджетной экономии, провозглашенному младореформаторами весной 1997 г., и смогло даже приостановить рост задолженности. В этом состоит явный успех его деятельности, хотя следует констатировать, что достигнут он не благодаря появлению неких новых идей, а по причине объективно лучших взаимоотношений правительства с парламентом. Такой успех позволил реанимировать отношения с международными финансовыми организациями, что, кстати, лишний раз показало, насколько несущественен персональный состав правительства для решения подобных проблем. Неумелый и недипломатичный Маслюков сделал (правда, больше руками Михаила Задорнова) примерно то же, что мог бы гораздо эффективнее на его месте сделать изощренный Анатолий Чубайс.

Что же касается постепенного восстановления докризисных объемов производства, то они никак не связаны с деятельностью правительства. Падение рубля стимулировало отечественных производителей, и они смогли занять ту нишу, которая освободилась после разорения и ухода целого ряда импортеров. Примаков не мешал работать рынку, и уже за это ему большое спасибо, но основы данного успеха все же были заложены самим августовским кризисом, а отнюдь не посткризисной политикой.
С думой на шее
Сегодня трудно сомневаться в том, что новое российское правительство, каким бы ни оказалось оно по своему персональному составу, будет действовать примерно в том же ключе, что и правительство Примакова. Результаты его работы могут варьировать не столько в зависимости от появления в составе кабинета каких-то новых людей или от появления в арсенале министров неких новых идей, сколько от ряда объективных обстоятельств, которые и представляют для нас наибольший интерес.
Основная трудность, с которой столкнется правительство, состоит в налаживании отношений с парламентом. Уже в самое ближайшее время ему следует проводить через Думу ряд законопроектов, необходимых для получения Россией кредита МВФ (в частности, надо все же убедить законодателей похоронить минимум до 2000 г. идею Бооса о снижении НДС).
Примакова парламентарии поддерживали, поскольку он держал у себя в команде пару-тройку коммунистов. Соответственно, новому премьеру придется либо полностью копировать линию Примакова, взяв на содержание каких-нибудь очередных 'Куликова и Маслюка', либо искать принципиально новые пути к сердцу Геннадия Зюганова. Впрочем, нельзя исключать и варианта роспуска Думы для того, чтобы уже летом в кратчайший период провести преобразования, требуемые МВФ. При таком повороте событий пространство для маневра у правительства на короткий промежуток времени расширяется.
Трудность для нового премьера будет состоять и в том, что, скорее всего, кредит общественного доверия, который был выдан Примакову, Степашин получит на более короткий срок. Мифы мифами, но все же резкое снижение уровня жизни по сравнению с ненавистными временами правления младореформаторов должно сказаться.
Однако вместе с объективными трудностями правительство получит и некоторые объективные преимущества. Пожалуй, можно сказать, что если абстрагироваться от политических неурядиц, то стартовые условия у Степашина самые лучшие среди всех российских премьеров.
Все плохое уже произошло. Гайдару надо было ломать старую хозяйственную систему и ставить людей перед фактом скачка цен. Черномырдин получил бразды правления в период активной ломки старой производственной структуры и вынужден был принять на себя ответственность за объективно происходящее падение ВВП. Кириенко взялся расхлебывать последствия финансового кризиса и оказался виноват в падении рубля. Наконец, Примаков оказался первым российским премьером, вынужденным поджать бюджет до уровня реальных финансовых ресурсов, имевшихся в условиях кризиса, да еще и при отсутствии возможностей для заимствований.
Степашин начнет свою деятельность в условиях реально работающей рыночной экономики, находящейся к тому же в условиях относительного подъема, вызванного дешевым рублем, причем ответственность за эту дешевизну лежит на предшественниках. Более того, в последнее время начался рост цен на основной наш экспортный продукт - нефть, что несколько увеличит доходы российского бюджета и поддержит рубль. Наконец, судя по некоторым данным, пик мирового финансового кризиса остался позади, а это дает нам хоть некоторые (пусть призрачные) шансы на возвращение в Россию части сбежавших капиталов. В общем, если новый премьер продержится на своем посту хоть годик, то с большой долей вероятности можно предположить, что к тому времени экономическое положение в стране будет несколько лучше, чем в данный момент (хотя вряд ли лучше, чем осенью 1997 г.).
А вы, друзья, как ни садитесь, все в пиночеты не годитесь
Если же говорить о серьезных задачах, стоящих сегодня перед правительством, то они, конечно, гораздо шире, чем простое наблюдение за тем, как рыночные силы медленно выводят страну из кризиса. Конечно, ни одно правительство не сможет сегодня разом поднять уровень жизни или обеспечить высокие темпы экономического роста. Но власть может и должна создавать условия для того, чтобы качественные позитивные изменения начались хотя бы через два - три года, когда мировая экономика, скорее всего, снова пойдет на решительный подъем, а у нас позабудутся ужасы августа 1998 г.

Позитивные изменения станут реальными, когда рынок убедится в том, что ситуация в экономике по-настоящему стабильна и благоприятна для осуществления долгосрочных инвестиций, поскольку без вложений капитала самые быстрые подъемы, вызванные падением импорта или даже снижением налогов, останутся лишь случайными всплесками на мрачном застойном фоне. Но для того чтобы обеспечить стабильность, правительству нужно раз и навсегда решить свои финансовые проблемы. Нельзя строить бюджет на займах, на эмиссии, на надеждах, связанных с ростом цен энергоносителей, и даже на обещании 'Газпрома' заплатить все налоги.

Правительство должно исходить из того, что качественно повысить собираемость налогов ему не удастся, а следовательно, требуется провести комплексную реформу всей системы бюджетных расходов. Прошло время, когда можно было чисто механически урезать расходы в соответствии с имеющимися доходами. Конечно, существуют еще расходы на промышленность и сельское хозяйство, которые можно просто ужать, заставляя производителя функционировать в чисто рыночных условиях. Но настало время осуществления таких реформ в пенсионной и жилищно-коммунальной сферах, в области здравоохранения и образования, которые позволили бы снять с бюджета и внебюджетных фондов ту нагрузку, которую они нести не могут.
Нельзя просто отказаться платить пенсии, отказаться давать дотации на жилье, отказаться содержать государственные больницы и университеты. Но нельзя и делать вид, что рынок чужд всем этим сферам. Нельзя делать вид, что на нынешнюю пенсию человек способен прожить, что можно вылечиться или получить приличное образование бесплатно. Ложь о бесплатных благах сегодня 'не замечают' только те, от кого зависит осуществление реформ во всех этих сферах. Правительство должно подготовить такие реформы, которые бы четко определили, в какой степени государственное дотирование должно сохраниться, а в какой - уступить место рынку.
К сожалению, надежда на то, что пожарная команда при новом премьере превратится в мудрое правительство, желающее заниматься именно перспективными проблемами, немного. На генерала Степашина уже стали примерять мундир Пиночета. Но для того чтобы стать Пиночетом, мало иметь погоны. Нужно иметь решительность, четкое понимание задач, страстное желание вывести страну из кризиса и, наконец, всю полноту власти. Нетрудно пересадить генерала за столом поближе к президенту или даже пересадить его в самое высокое правительственное кресло.

Но мудрые и сильные политики появляются на свет не в результате подобных пересадок.
Аналитическая служба 'РВ'.